Р: In an Uncertain World by Rubin. 4/5

924e1b37-6a39-4585-b68b-409e8c5c41f9Роберт Рубин проработал четверть века в Goldman Sachs, а затем был у Клинтона советником по экономике и министром финансов США. Совершенно впечатляющие мемуары. Про то, как работа в правительстве отличается от бизнеса. Что делает министр финансов в США. Как работать с неопределенностью.

Для меня это очередная книга про стык финансов и политики, тем ценнее, что она написана простым и ясным языком человека, который из банка пришел в политику, а затем вернулся обратно.

Один из личных навыков, который есть у Рубина, но нет у многих других — это вероятностное мышление. Когда Роберт представляет результат будущего не конкретным исходом, а набором вариантов, возможных одновременно. То есть считай кот Шредингера, только в акциях, в деривативах, в сделках, в бюджетном дефиците, в очередном коллапсе в финансовом кризисе.

Рубин так и говорит, что мыслить точкой нельзя. Строить прогноз в виде точки на определенный год глупо. Потому что реальность всегда будет другой. И в стиле Нассима Талеба, только до того, как Талеб написал про черных лебедей, говорит, что кризис всегда придет оттуда, откуда его даже не моделировали. Поэтому нельзя ни к чему быть до конца готовым.

К этому он вспоминает дискуссию на уровне управляющих директоров Голдмана, когда обсуждали, идти банку в деривативные стратегии или нет. Рисковать вековой историей банка или нет. И пришли к выводу, что без риска нет бизнеса. Если не принимать риск, не пытаться его понимать, не зарабатывать на нем, то не будет и прибыли, а потому не будет и Голдмана.

Из этого одна из интересных черт Роберта — это терпимость к возражениям и оспариванию точки зрения. То есть к dissent, который конструктивный. В отличие от других руководителей Голдмана, Роберт просил сотрудников не извиняться за спор с ним, а наоборот их благодарил, что они пытались отстоять иную точку зрения. Потому что без конструктивного спора будет гордость и пропасть.

Переход в администрацию Клинтона советником, а затем назначение министром финансов оказалось непростым испытанием. Если у бизнеса есть однообразие конечной цели — иди и зарабатывай деньги, то в правительстве целей много, они конфликтные, и далеко не все из них про деньги. Ну хорошо, с целями Роберт разобрался, но тут его как бизнесмена ждало второе открытие.

В бизнесе, если ты директор компании, то у тебя и власть, и ультимативная ответственность. С тебя спрашивают. И у тебя есть ресурсы и право решения. А в правительстве все снаружи думают, что ты слон, а на деле ты мышка. Потому что тебя по ногам связывают процедуры, законодатель, пресса. Да практически все. И получается, что за все отвечаешь, а сделать можешь мало чего.

Ну, например. Ты министр финансов и руководитель 160000 человек. А уволить, поменять, назначить можешь только 100, потому что ну так все устроено. И приходится работать с теми, кто есть.

Или еще, вот есть дефицит бюджета и очередной шатдаун правительства. Ньют Гингрич тогда, как Нэнси Пелози сейчас. Бюджета нет, надо как-то работать. Приходится искать, из какого фонда можно добрать средства, чтобы функционировало. И никуда правительство без Конгресса не двинется. Хотя сам Конгресс уже сделал все entitlements еще в прошлых сессиях.

И да, вот финансовый кризис в Мексике. Роберту, как банкиру, да и другим в правительстве понятно, что если не решать проблему, то будет заразная история, когда упадет торговля, потеряются расчеты в долларах, будет лишняя паника на финансовом рынке. То есть надо брать и вмешиваться в кризис песо 1995 года. А Конгресс против, иди и убеждай сенатора за сенатором.

Роберт вспоминает девяностые, что как министр финансов он больше занимался устойчивостью мировой финансовой системы от Мексики и Таиланда до Кореи и России, чем собственно проблемами в США. Мое впечатление от книги, что для него международная повестка занимала больше времени и ресурсов, чем домашняя. Потому что доллар, как мировая валюта, это не только актив. Это и обязательство. Мы просто об этом не думаем.

Ирония работы в правительстве в бурные 1990-е, когда фондовый рынок в США рос как на дрожжах, что все свои сбережения после Голдмана в начале девяностых Роберт отдал в «слепой траст» на консервативную стратегию. Таким образом, он просто проработал мимо бума того периода. А когда вышел и забрал средства из «слепого траста», то случился дот-ком-кризис.

О финансовых результатах такого управления семейным капиталом Роберт в мемуарах умалчивает. Но между строк чувствуется эмоция.

Еще на эту тематику из книг и других публикаций можно прочитать:
The Only Game in Town. El-Erian.
Titan. The Life of John D. Rockefeller. 4/5 и 9%.
Goldman Sachs by Lisa Endlich. 4/5.
Clinton Cash. 3/5 и 22%.
№39. Заявка бизнеса. Crippled Nation.
The Euro.
Н: Враг Америки – не Китай и не Россия.
T: Как дискутировать с шефом, или obligation to dissent.

На прошлой неделе опубликовали: Р: In From The Cold by Peter Westin. 5/5.

Все публикации копируются в канал Телеграм.

Позиции в статьях отражают частное мнение автора в частном блоге и не могут быть официальным заявлением или публичной рекомендацией от имени компании-работодателя.