Being Mortal. 5/5

2F86E769-D7B1-4611-8C6C-80CF6B9FB972Как человек заканчивает свой жизненный путь? В чем счастье? В чем мучительность? Почему сто лет назад смерть была проще и гуманнее чем сейчас? Почему современные госпитали и больницы стали местами, где люди умирают? Почему среди родных и близких не получается? Откуда берутся дома призрения, дома престарелых и так далее?

Эта книга лежала на полке много и долго. Я никак не решался ее открывать, хотя это бестселлер, с хорошими отзывами и великолепными рейтингами. В этом году я потерял свою последнюю бабушку, и эта книга помогла мне найти примирение с самим собой, с потерей и с тем, что мы все смертны. Потому что книга очень просто расставляет точки там, где мы боимся их видеть.

Люди смертны, даже когда кажется, что это не так и меня не касается. Случается со всеми 100%. Вопрос, как случается?

Человек — это сложный организм. Поэтому, если мы не говорим про травмы, то обычно смерть наступает в результате каскада постепенной утраты функций. Когда запас прочности исчерпывается. Вы можете на запасе прочности чувствовать себя хорошо и в 50, и в 60, и в 70, но затем, буквально за несколько лет несколько недомоганий, пару падений и…. И организм пересекает границу.

Как только начинает сыпаться, то медицина не способна вернуть обратно на уровень до болезни.

Еще раз повторим. Как только организм в возрасте начинает сбоить, потому что запас прочности уходит, то после каждого сбоя, инсульта, инфекции, болезни, операции — организм никогда уже не будет таким прочным, как до инцидента. То есть медицина не умеет нас улучшать, и даже восстанавливать обратно на 100%, только частично.

У этого есть логичное последствие, что как только необходимо пытаться удержаться, то больницы и расходы на лекарства только растут. Дни госпитализации только увеличиваются. Дозировки или сложности назначения будут расти. Человек — сложная система, и если она разваливается, то мы умираем не сразу, а рассыпаемся постепенно.

Загадка обществ и стран, где медицина поднялась, инфекции ушли, сердечные заболевания значительно взяты под контроль — в том, что вместо окончания жизни в кругу родных и близких, как это было до начала 20 века, в развитых странах увозят в реанимацию, интубируют, ставят капельницы и держат в существовании до конца.

Получается, что вместо нескольких дней быстрого сгорания мы перешли в историю угасания длиной в месяцы в больничных условиях. В одиночестве, на таблетках, без поддержки, в боли заканчиваем свой жизненный путь. Это доминирующий способ смерти в развитых странах. Это не ужасный конец, а это долгая страшная борьба без шанса выиграть.

Получается, что снижение рождаемости и увеличение длительности жизни привело к тому, что у детей нет ресурсов присмотреть за родителями. Детей меньше, а если родителям за восемьдесят, то детям уже по шестьдесят. И так возникла старость в одиночестве, старость в домах престарелых, старость, когда рядом нет близких. А без близких нет счастья.

Автор книги, Атул Гаванди, пишет, что как только человек остается в госпитале в одиночестве либо в доме престарелых, то огонь в глазах угасает. Жизнь перестает быть жизнью. Потому что в ней нет общения, нет смысла и нет радости. А есть одиночество, ширма в палате, холодный свет и ледяной персонал. И хорошо, если родные приедут в выходные.

Атул Гаванди — хирург. И отец у него тоже доктор. Когда отец заболел, то вместо риска парализующей операции по раку спинного мозга они выбрали упрощенную схему поддержания и затем домашнего хосписа. Отец за несколько лет закрыл дела, поддержал местное сообщество и умер среди родственников дома.

Альтернативой было получить тяжелейшие раунды операций, отравляющих химиотерапий, пройти три-четыре курса, затем радиотерапии. Все это время лежать под капельницей. Возможно прожить столько же лет, но с миллионным счетом за лечение. И с никаким качеством жизни в самом ее конце.

Атул, пройдя через сотни историй сам, как доктор, вместе со своим отцом осознанно выбрали вариант не пытаться предотвратить неизбежное. Наоборот, взяли и выбрали поддержание сил и болеутоляющие, а не оторваться от родственников на закате жизни.

Я прочитал книгу и в очередной раз подумал о невероятной трагедии пытаться бороться за жизнь, когда прогноз уже раскладывает вероятности не в твою пользу. Люди гонятся за процентным шансом продлить существование, но этот процентный шанс заставляет их перетерпеть конец в одиночестве.

Когда доктора говорят, что терапия может продлить жизнь, то пациент слышит в слове «продлить» смысл «десять и двадцать лет», а доктор имеет ввиду, что «полгода, если вообще ничего не делать». Ради этих полугода мы готовы отдать все, но все равно в лотерее со смертью шансов нет. Смерть выиграет, у вас только есть выбор, вы хотите дома и с близкими или один под лампами ртутного света.

Позвоните родителям. Обнимите детей. Примите, что вы смертный и это нормально.

Жизнь — это путь, когда вы можете раствориться в своих детях, дав им продолжить за вас.

Еще на эту тематику из книг и других публикаций можно прочитать:
Река жизни и плечи гигантов.

На прошлой неделе опубликовали: Parallel Worlds by Michio Kaku.

Все публикации копируются в канал Телеграм.

Позиции в статьях отражают частное мнение автора в частном блоге и не могут быть официальным заявлением или публичной рекомендацией от имени компании-работодателя.